Головна

Християнство в поезії
Християнські автори
Поезія за темами
Дитячі вірші
Християнські мотиви у творчості класиків

Русская христианская поэзия
Русская христианская поэзия по авторах
Русская христианская поэзия по темах

Поетична майстерня
Про поезію з гумором
Цікавий інтернет

Що? Де? Коли?

 

Замовити
поетичну збірку

Поезія віри

Осоння віри

Замовити
поетичну збірку

 

Ваші побажання та ваші поезії надсилайте на адресу
poet.vav@gmail.com




Русская христианская поэзия

Сергей САПОНЕНКО

Об авторе


Не говорите о любви
Любищь ли меня?
Нет пророка

Всесильная любовь
Аксиомы
Вначале
Жемчуга
День покоя
Отогрейтесь
Снежинки
«Осанна» просто прокричать"
Миражи
Мой Иисус
Фарисею
Познать себя
Зола или искра
Пассажир
Постмодерн?
На острие жизни
Устал
"Прошу, Господь, дай нищему богатство"
Обретение небес
Прозревший
"Не пытайся прожить без Христа"
Свет веры
"Я апрель рифмую с акварелью"
"Серое небо. Бесцветная даль"
Храни вас Бог
Предчувствие рая
Предновогоднее
"На свете не бывает одиночества"

 



Не говорите о любви

Не говорите о любви,
когда вокруг не счесть страданья.
Слова, как их не назови,
вовеки не построят зданья.

Не говорите о любви
тому, кто ждет от вас участья,
кто болью в нить тугую свит,
не слышит слов, не видит счастья.

Самарянин не говорил
о том, что любит Иудею —
бальзам пролил на раны пыл,
чтоб сделать боль его своею.

Христос взошел на крест, любя,
и не промолвил даже слова,
отдал на смерть за нас Себя,
чтоб жили жизнью вечно новой.

 



Любищь ли меня?

Я шёл путём, казалось, правильным,
себя от грязной лжи храня,
но голос тихий и недальний,
спросил: «А любишь ли Меня?»

И я уверенно ответил:
«Конечно, Господи, люблю!
Ведь Ты один на белом свете
даёшь спасенья свет во тьму.

Ты посылаешь мне удачи,
благословенья без конца;
когда от горестей заплачу,
Ты отираешь боль с лица».

Я зашагал опять дорогой
к рассвету будущего дня
и вдруг упал, но голос строгий
спросил: «А любишь ли Меня?»

Моя уверенность пропала,
но я «люблю» проговорил.
«Мне не страшны с Тобою скалы,
ведь Ты мне дашь подняться сил».

Иду вперёд, а силы тают.
Очередной случился крах.
Лежу: во рту земля сырая,
она же в сжатых кулаках.

И вижу Господа вплотную,
из грязи Он поднял меня.
Почувствовав печаль тугую,
я слышу: «Любишь ли Меня?»

Тогда я только сердцем понял,
что значит Господа любить:
забыть себя, чтоб сердцем, полным
Христом, другим во тьме светить.

 



Нет пророка

По тротуарам бродит пустота
средь толп, спешащих одиноко
куда-то вдаль, не ведомо куда,
ведь нет у них в отечестве пророка.

Пророков много, только, вот, беда,
обман они вещают лишь жестоко:
слова их преходящи, как вода,
ведь нет у них в отечестве пророка.

Спешат идти за дальний горизонт,
но не помыслят о высоком.
А если кто-то в небо позовёт,
то нет у них в отечестве пророка.

Поспела жатва. Господи, пошли
жнецов на поле говорящих строго,
что суд вот-вот придёт, он не вдали,
чтоб каялись, услышав глас пророков.

 



Всесильная любовь

Когда из мрачного хаоса
явился миру первый свет
и закружились, словно осы,
вокруг светил комки планет,

тогда в беззвучье бесконечном,
установивши свет Собой,
чтоб сквозь века струилась вечность,
пришла всесильная Любовь.

Когда с креста во тьму струилась
Христа живительная Кровь,
хотели люди, чтоб в могилу
сошла всесильная Любовь.

Но через время и пространство
воскрес Христос, лилась чтоб вновь
с непреходящим постоянством
на этот мир Его любовь.

 



Аксиомы

Кто не жил, тому не умирать.
Кто не пел, тот вряд ли замолчит.
Не сорвёт с души тоски печать,
кто не плакал никогда в ночи.

Кто смеётся, будет слёзы лить.
Кто богат, тот бедность обретёт.
Потеряет мигом свою прыть,
кто о ближнем не несёт забот.

Кто любил, любовью станет жить.
Верит кто, тот воплотит мечты.
Кто впустил надежду вглубь души,
тот познает радость высоты.

 



Вначале

Земля была безвидна и пуста,
и тьма лежала над великой бездной,
лишь волновалась мрачная вода,
хвалился ветер силой бесполезной.

«Да будет свет!» — сказал великий Бог,
И стало так — свет воссиял навечно.
Перешагнув чрез вечности порог,
стал первым утром первобытный вечер.

Душа была безвидна и пуста,
и ночь в нее вливалась злым потоком
оттуда, где кружится суета,
меня терзая пыткою жестокой.

Но Иисус сказал: «Да будет свет!»
и озарил мне душу вечным светом,
чтоб я познал, что смерти больше нет,
и возвещал всем людям лишь об этом.

 



Жемчуга

Когда больно, мы плачем и стонем,
Гаснет свет, а всё сердце печаль
Прорезает, оврагом бездонным
Закрывая высокую даль.

Одиночества боль — это рана,
Что терзает, как яростный зверь.
Боль ещё состоит из обмана
О тебе позабывших друзей.

Боль разлуки с любимыми гложет
Нам сердца, не давая дышать.
И она, как болезнь, может тоже
Наложить испытаний печать.

Но проходит любое ненастье.
Улетает весною пурга.
Там, где раны зияли в несчастье,
Вырастают любви жемчуга.

 



День покоя

Полыхало облако закатное
над клубком растерянной Земли.
Погребли вчера Царя распятого.
Всё, как след, растаяло в пыли.

А они надеялись на лучшее:
царский двор, спасенье от врагов;
но теперь глаза в тоске опущены;
смерти яд страшней людских оков.

Вспоминают: воскресил Он Лазаря,
весь народ осанну пел Ему,
вход Царя в престольный город праздновал,
будто знал, что Жизнь прогонит тьму.

Но прошло совсем немного времени, —
арестован был врагами Царь,
и народ «распни» кричал в забвении,
мраку злобы не было конца.

И свершилось Жизни преломление.
Тишина. Положен Царь во гроб.
День покоя? — Скорбного затмения.
Горький вкус, прилипший к глади нёб.

Сколько вас, в покое находящихся,
в день седьмой продавших мрачно жизнь?
В первый день творится настоящее:
Иисус воскрес, открыв нам высь.

 



Отогрейтесь

Мне с вами холодно:
На ваши лица лёд
Безжизненную маску надевает,
Блеск золотой закрыл любви восход,
Ноябрьский снег убил цветенье мая.

Мне с вами холодно:
Заржавленный кумир
Стоит в глазницах ваших монументом,
Вы видите полуистлевший мир,
А вечность закрываете моментом.

А вам не холодно
Безжизненно плестись
По бытия истоптанным дорогам?
Взгляните в нескончаемую высь,
Чтоб отогреть сердца, увидев Бога.

 



Снежинки

Отправилась осень к морям, набираться,
Как слёзы печали солёной, воды.
А к нам прилетели морозы за двадцать...
Что будет, то будет: нет в этом беды.

Снежинки, как жизни мгновенья, ложатся,
У каждой из них непохожий узор,
Когда всюду серость, есть в этом богатство,
А блеск безделушек — пустой разговор.

Увидеть прекрасное в каждой снежинке
Упавшей на землю, нельзя ни за что.
Когда соберёшься отметить дожинки,
То всходы вернуть не поможет никто.

Смотрю так на снег, чтобы жизнью наполнить
Мгновений скользящий в сугробы полёт.
Пускай ветер хлещет в лицо моё больно,
Я знаю: Спаситель все слёзы отрёт.

 



* * *
«Осанна» просто прокричать
а плодоносить очень трудно.
Лежит смоковницы печать,
когда приходит после утро.

Живу, «Осанна» без конца,
как заведённый повторяю.
А листья тяжелей свинца
блестят, как занавесь гнилая.

Но где таится сочный плод?
Смогу ль на это я ответить?
Когда Спаситель подойдёт,
ответом будет в листьях ветер?

 



Миражи

В глазах потерянной души
Стоит охрана — миражи,
Собою день прогнавши прочь,
Они всю жизнь одели в ночь.

За ними следует душа,
О камни всю себя круша,
Не видя света впереди,
Она сбивается с пути.

В барханы зыбкие идёт,
Увидев блеск прозрачных вод,
Но не найдя источник там,
Идёт к безжизненным местам.

Кружит душа в потоке лет,
Найти пытаясь в мире свет,
Вокруг неё клубится мрак:
Душа всю жизнь проводит так.

Но исцелить от миражей,
Пролив свой свет на путь скорбей,
Поможет душу ту Господь
Свою предавший мукам плоть,

Чтоб навсегда мираж разбить
И разорвать обмана нить,
Чтоб не касались миражи
Обретшей Господа души.

Отдайте Господу сердца,
Чтоб жизнь не ведала конца,
Чтоб превратилась смерть в мираж,
Чтоб Иисус был спутник ваш.

 



Мой Иисус

В тот день, когда придёт зима
И упадёт на землю снег,
Согреет мысль меня одна,
Что длиться той зиме не век.

Умчатся хладные ветра,
Растопит солнце белый лёд,
И будет вся земля светла:
Весна тепло мне принесёт.

Когда устану я от бед
Так, что вдруг вскрикну на пути
От боли той, что много лет
В себе приходится нести.

Тогда я вспомню, что иду
Туда, где вовсе боли нет:
На небо синее к Христу,
Там светит правды вечный свет.

И сразу легче станет мне:
С плеч упадёт тяжёлый груз.
Не одолеть меня зиме:
Всегда со мною Иисус!

 



Фарисею

Легко по миру ты идёшь
с усмешкой,
Ведь жизнь была твоя всегда
успешной,
Повсюду праведностью ты
бряцаешь,
А то, что чёрен ты душой,
не знаешь.

Ты говоришь, что соблюдал
законы,
Не крал, не пил, не посещал
притоны,
Иисуса ты не предавал
на муки,
К кресту Его не прибивал
ты руки.

Тогда страдал не за тебя
Спаситель,
И ты не можешь возопить:
Учитель,
Я умираю, помоги
подняться,
Дай силы, Боже, скорби не
бояться.

Ведь ты Христа не распинал
со злостью?
И желчь Ему не подавал
на трости?
А значит Иисус не твой
Спаситель:
Спасён Христом признавший грех
мучитель.

 



Познать себя

В своём глазу бревна не увидать,
В чужом — сучок смотреть мешает.
Своих грехов не замечаешь кладь,
От груза их спина других кривая.

Чужое горе развести рукой
Нам легче, чем моргнуть двумя глазами,
Своё — громадно-каменной горой
Лежит не поднимаемо над нами.

Познать себя — главнейший институт,
Который не всегда кончают в сроки,
Шпаргалки помощь в этом не дадут,
Учить придётся наизусть уроки.

 



Зола или искра

Костёр горит — стремятся к небу искры,
А в Землю направляется зола.
Огонь привольной радостью лучится -
В золе лишь остывающая мгла.

Когда горит накалом чистым пламя,
Не виден в нём холодный, едкий дым,
И к небу золотыми огоньками
Летит, что будет вечно молодым.

А если тот костер бездарно тлеет,
То в нём гнездится вечная тоска,
Огонь его в ненастье холоднее,
Чем толщи вечно мокрого песка.

Золой к Земле иль к Небу искрой чистой
Ты полетишь, когда сгорит костёр?
Ответь скорей, пока не грянул выстрел,
Которым смерть окончит всякий спор.

 



Пассажир

Зеленеет июнь или лист опадает
Под курлычущий стон в небесах журавлей,
Над землёю кружится метель вся седая
Иль весна управляет раскраскою дней,

Пассажиром на всё я смотрю из вагона,
У которого взят до конечной билет.
Не хочу выходить на другие перроны,
Не хочу покупать устаревших газет.

Что могу прочитать на пустых полустанках?
Всё старо и печально на тусклой Земле.
Не построено здесь промежуточных станций.
Как чертить чертежи в остывающей мгле?

На конечной сойду без пустых опозданий,
На маршруте моём поезд точно идёт.
Иисус мне подал мир других расстояний.
Станций горькой Земли не вкушаю я "мёд".

 



Постмодерн?

Нет нового под солнцем ничего.
Не могут реки переполнить море,
нельзя забрать чужое горе
и с плеч не сбросить лиха своего.
Нет нового под солнцем ничего.

Нет нового под солнцем ничего.
Что было раньше, то и будет;
знать не даровано нам судеб
и завершенья дня сего.
Нет нового под солнцем ничего.

Нет нового под солнцем ничего.
Рожденье, смерть в круговороте,
в котором время вдаль уходит,
и не догнать уже его.
Нет нового под солнцем ничего.

Нет нового под солнцем ничего.
Но почему так бьётся сердце,
чтоб новой строчкой мог согреться
тот, кто забыл конец всего?
Нет нового под солнцем ничего?..

 



На острие жизни

Зачем-то жизнь разбилась пополам:
что было позади, — неинтересно,
словам и мыслям там безумно тесно,
они давно истлели в пыльный хлам.

А впереди на выжженной земле
ничто не может ожидать скитальца,
быть может, только траурные танцы
босым на остывающей золе.

И я стою на переломе лет,
чтоб не упасть в одну из половинок,
но знаю, что вперёд когда-то двинусь.
А дальше?.. Дальше вспыхнет свет.

 



Устал

Устал.
Нет сил идти вперёд,
вот-вот на пыль земную лягу,
а может, разобьюсь о лёд
и не ступлю уже ни шагу.

Устал.
Куда ни брошу взгляд,
везде бесплодные пейзажи
о преходящем говорят,
о пустоте и о неважном.

Устал.
И как тут не устать,
когда нет пищи ни кусочка,
а за спиной грехов лишь кладь?
Ну, как тут не дойти до точки?!

Устал.
Заполнен мир людьми,
а я один на целом свете,
кричу: «Печаль мою пойми!»
Но эхо гулкое в ответе.

Устал.
Вот вижу мрачный крест
и в муках смертных Иисуса….
Я с Ним там умер и воскрес,
и за плечами нету груза!

 



* * *
Прошу, Господь, дай нищему богатство,
богатому дай мудрость, чтобы мог
имуществом и жизнью наслаждаться
отпущенный под небесами срок.

Калеке дай изведать исцеленье,
здоровому — веселье и покой,
чтоб всех минули слёзы и смятенье
и жизнь текла неспешною рекой.

Пустыне дай воды живой источник,
дай высохнуть болотистой земле.
Дай каждому, чего он сильно хочет.
Дай всем всего и только веру мне.

 



Обретение небес

Паутина летит устало,
а вдогонку за нею — листья.
Вот и осень затосковала.
Только в небе светло и чисто.

Увядают цветы и травы:
погубил их мороза выстрел.
И на стынь не найти управы.
Только в небе светло и чисто.

Время жизни неуловимо.
Чуть замедлил — умчалось быстро.
Потеряешь друзей любимых.
Только в небе светло и чисто.

Приходи же скорее к Богу,
пока теплится жизни искра,
чтоб открыл Он тебе дорогу
в небеса, где светло и чисто.

 



Прозревший

Я был слепым и у дорог сидел,
прося у мира в скорби подаянья,
а мимо проходили сотни тел,
хранящих неизбывное молчанье.

Вдруг я услышал, что идёт Христос,
и прокричал я: «Господи, помилуй!
Дай силы выжить среди тысяч гроз,
открой мне очи, мой Спаситель милый!»

И Он коснулся сердца моего —
оно прозрело в тот момент чудесный.
С тех пор я вижу вечность и Его,
Ему пою я бесконечно песню.

 



* * *
Не пытайся прожить без Христа.
Без Него жизнь как тёмная ночь:
овладеет душой пустота,
и никто не сумеет помочь.

Задрожишь, словно лист в ноябре,
под порывами ветра времён.
Не проснувшись на серой заре,
будешь в бездну навек унесён.

Лишь Христос дарит вечную жизнь
там, где вечность господствует май,
где ты отдых найдёшь для души.
Без Него или с Ним? Выбирай!

 



Свет веры

Как одержать победу над собой
и отогнать зловредные привычки?
Хоть, кажется, начертано судьбой,
проигрывать всегда в нелепой стычке.

Как зависть, непрощение прогнать,
чтоб ненависть ушла, как сон кошмарный,
и не тянуть воспоминаний кладь,
что отравляют, словно газ угарный?

Как осветить дорогу среди тьмы,
да так, чтобы другим хватило света?
Как ледяную каменность зимы
смести, как мусор, с голубой планеты?

На это есть один простой ответ,
он раздвигает бытия пределы:
жизнь осияет несказанный свет,
лишь обретёшь любовь, надежду, веру.

 



* * *
Я апрель рифмую с акварелью,
потому что воздух полон влагой,
что когда — то сеялась метелью
под ноги, как краски на бумагу.

Я апрель рифмую с бирюзою:
в небесах он плещется, как в море,
веет ветер свежестью прибоя,
и от света убегает горе.

Я апрель рифмую с воскресеньем:
Иисус воскрес апрельским утром,
чтобы дать от смерти нам спасенье,
даровав нам вечность песней чудной.

 



* * *
Серое небо. Бесцветная даль.
Всё, что могло, отгорело.
Только дымится седая печаль.
Сырость дошла до предела.

День умирает, родившись едва.
Ночь бесконечно кружится.
Вдруг позабыли всех песен слова
окоченевшие птицы.

Листья гниют на остывшей земле —
им уж ничто не поможет.
Вновь не пылать прогоревшей золе,
ставшей на сырость похожей.

Каждого ждёт пустота ноября.
Лишь бы в осеннюю пору
не сожалеть, что жизнь прожита зря,
и не вступать с Богом в споры.

Пусть же Любовь наполняет сердца,
чтобы за холодом колким
встретить нам Свет, что не знает конца
в глади небесного шёлка.

 



Храни вас Бог

Храни вас Бог от горестей земных,
от злых людей, от всяческих напастей.
Пусть солнце наполняет каждый миг,
пусть Божий свет дарует сердцу счастье.

Храни вас Бог во всякий день и час.
А я молить Его повсюду буду,
чтоб сохранял рукой могучей вас,
чтоб сотворил любви извечной чудо.

 



Предчувствие рая

Дождём отшелестев,
Завяла напрочь осень.
Пронзает до крови
Печалью синева.
А ветер без конца
Седые листья просит,
Хотя бы прошептать
Июньские слова.

Но тишина поёт
Прохладную сонату,
В которой
Звуков нет,
А только
Небосклон,
Земля,
Пустынный лес,
Которому не надо
Для солнца отворять
Разбившихся окон.

И даже облака
Вдруг разом похудели,
Куда-то сбросив вмиг
Свой невесомый вес.
Есть в мире у всего
Неписаные цели;
Без боли на Земле
Нельзя достичь Небес.

Где праздник каждый миг
Цветёт, не опадая,
Там сон и темнота
Сливаются в одно.
Зачем себя бодрить
Предчувствованьем мая,
Когда июнь даёт искристое вино?

Мы ждём зелёный май,
Когда ноябрь дышит,
Когда в предзимней мгле
Рождается мороз.
Когда пронзает боль,
Небес порог нам ближе,
Ведь рядом со Христом
Вовек не будет слёз.

 



Предновогоднее

Слышите, видите: небо в движеньи?!
Падает туча на серый асфальт.
Ветер на сцене забыл напряженье,
Смело звучит светлый воздуха альт.

Слышится шелест продрогших снежинок.
Небо с разбегу на землю летит.
Сосны стремят молодые вершины
Вверх: рассмотреть, что их ждёт впереди.

Новое падает в древние листья,
Что, распластавшись, лежат на земле.
Яркой калины объёмные кисти
Тихо горят на морозном огне.

Предновогоднее вновь настроенье,
Запах в объятой морозом сосне,
Чистых снежинок на свет появленье
Всем говорит о грядущей весне!

Скоро тот день, когда все вспоминают
В хладной пещере рожденье Того,
Кто осветил сумрак радостью рая,
Новым летам счёт открыв для всего.

 



* * *
На свете не бывает одиночества,
где б ни был ты, везде Господь с тобой.
Когда до боли закричать захочется,
молись в тиши, и обретёшь покой.

Друзья оставят, улетит любимая,
с родными время может разлучить;
не говори, что все тебя покинули:
Бог не оставит посреди ночи.

С тобой Господь! И в этом радость вечная.
Пусть не страшат проделки лет и зим.
Когда терять уже, казалось, нечего,
держись Его и оставайся с Ним.

 

 

ГОЛОВНА   •   ПОЕЗІЯ   •  ПРОЗА  •    РУССКАЯ ПОЭЗИЯ   •   ПОЕТИЧНА МАЙСТЕРНЯ