Головна

Християнство в поезії
Християнські автори
Поезія за темами
Дитячі вірші
Християнські мотиви у творчості класиків

Русская христианская поэзия
Русская христианская поэзия по авторах
Русская христианская поэзия по темах

Поетична майстерня
Про поезію з гумором
Цікавий інтернет

Що? Де? Коли?

 

Замовити
поетичну збірку

Поезія віри

Осоння віри

Замовити
поетичну збірку

 

Ваші побажання та ваші поезії надсилайте на адресу
poet.vav@gmail.com





Увага!
Це стара вірсія сайту. Через деякий час вона не працюватиме.
Переходьте на нову версію сайту "Українська християнська поезія"

 

Русская христианская поэзия

 

Воскресение Иисуса


Он жив!, Вера Кушнир
Явление при море, Вера Кушнир
Свет в конце туннеля, Вера Кушнир
Воскресение
, Николай Шалатовский
День покоя, Сергей Сапоненко
Воскресение, Николай Шалатовский
"Казалось, этого не будет", Галина Красненкова
"Если Ты за меня не умер", Любовь Бледных
Я думала, Он мертв, Наталия Тарасова
Живой, Галина Красненкова
Путь воскресения, Павел Ляшенко
Победа, Павел Ляшенко
Утро после воскресения, Павел Ляшенко
Победивший смерть, Павел Ляшенко
Мироносицы, Наталья Щеглова

 

Он жив!

Лк. 24:13

Бежали двое пыльною дорогой,
Волнуясь, задыхаясь, в Еммаус.
Душа болела, думая о многом,
Но центром дум был Друг их Иисус.

Событий потрясающих картины
Кружились в утомленной голове.
Но ярче всех – распятье Божья Сына
И мертвый взгляд полузакрытых век.

«Он умер. Нет Его. Он был изгнанник.
Куда пойдем? Как будем дальше жить?»
Вдруг к ним приблизился какой-то странник
И тихо начал с ними говорить.

«О чем, волнуясь, громко говорите?» –
Спросил спокойно, обращаясь к ним.
«Ты разве не слыхал о тех событьях,
Какие видел наш Иерусалим?»

И повторили, но еще с задышкой,
Все то, что пережили только вот.
Был близок вечер, и, достигнув крыши,
Спросили, может, Странник к ним зайдет.

И Он зашел. За ужин вместе сели.
Вино и хлеб, еще другая снедь...
Он поднял хлеб и преломил, чтоб ели,
И подал им, но так, как будут впредь...

И вдруг они Спасителя узнали
В движенье рук, в Вечере и в Лице...
Он жив! И в один голос закричали:
«Он жив! Он здесь в бессмертия венце!»

Да, Он воскрес, и смерть не удержала
Того, Кто путь, и истина, и жизнь.
О смерть, скажи, где ныне твое жало?
Ад, от победы лучше откажись.

Он жив! Он жив! И мы Его узнали.
Мы приняли Его в свои сердца.
Хвала Ему! Нет места для печали.
Мы вечно живы. Жизни нет конца!
Вера Кушнир

 

Явление при море

Ин. 21:12

Пасхальный акростих

Хорошо рыбачить на рассвете.
Рыбаки закинули их сети,
И глядят во тьму из-под руки
С верою на сеть и поплавки.
Так всю ночь прождали терпеливо.
О, как было на душе тоскливо!
Сколько было пережито ими

В эти дни в святом Иерусалиме!
Он, Тисус, повешен был позорно,
Сам отдался в руки злых покорно...
Как они Его терзали, били!
Руки, ноги ко кресту прибили...
Еле-еле удалось им, бедным,
Скрыться от гонителей зловредных.

Вот они теперь опять рыбачат.
Он же мертв... И сердце плачет, плачет.
И глядят с тоской на побережье.
Свет зари едва заметно брезжит.
Там костер разведен. Светлый кто-то
Им на завтрак приготовил что-то...
Невод полный вынесли на берег.
Уж не Он ли? И глазам не верят...

Верно, Он! Да как же? Неужели?
Он воскрес! Он жив! А мы робели.
Сколько раз Он говорил об этом!
Как могли забыть его обеты?!
Радости их не было предела.
Ели рыбу, хлеб... А сердце пело
Славу Вечносущему Творцу.
Вера Кушнир

 

Свет в конце туннеля

Очами сердца видели пророки
И Богу посвященные мужи
Во всех делах Создателя уроки,
Во всех тернистых зарослях межи.

Водимые небесным, тихим светом,
Они сносили горе и беду.
Зиждимые Божественным заветом,
Ловили искры света на ходу.

На дне колодцев, ям, лощин, ущелий
Они впивались взором в небеса.
В конце глухих, извилистых туннелей
Вперед манила света полоса!

Она с веками ярче становилась,
Все шире, все доступней и светлей.
Вела, вела... и вдруг остановилась
Звездой лучистой посреди полей.

Над Вифлеемом – городом Давида,
Над хлевом скромным. Кто б подумать мог,
Что место без величия и вида
Для Сына Своего назначит Бог?!

И оправдались годы ожиданья,
И свет в конце туннеля не подвел.
К Спасителю от смерти и страданья
Он медленно, но верно мир привел.

В путях земных встречаются туннели.
Не все вопросы ждет прямой ответ...
Но песнь звучит, что ангелы пропели:
«Христос родился! В мир явился Свет!»
Вера Кушнир



Воскресение

Суд, насмешки, крест и смерть публичная…
Стон земли. «Свершилось» — возглас тихий…
Это — не имеющий величия
Стал Царем и Господом великих!

Это — Тот, Кому копьем неверия
Грудь любви безжалостно пронзили.
Это Он последних сделал первыми,
А великих уподобил пыли.

На Него плевали с отвращением…
Но Христос восстал над миром тленным, —
И пред Ним с молитвой о прощении
Вся земля упала на колени!

«Божий Сын» — уста сказали сотника.
Ну, а те, кто «нет» твердят, как прежде,
Назовите миру имя плотника,
Рядом встать достойное с Воскресшим!

Он воскрес! — вы слышите, живущие?!
Что еще вам нужно для признания?
Неужели прах — в земле гниющего —
Вызывает бурю ликования?

Не идея сладкой жизни в будущем
Овладела нашими умами,
А Христос — живой, воскресший, любящий,
Принятый прозревшими сердцами!

Не ученьем раввина умершего
Мы живем и движемся веками, —
Силой сына Божьего — Воскресшего,
Корнем влиты в слово «ХРИСТИАНЕ»!
Николай Шалатовский



День покоя

Полыхало облако закатное
над клубком растерянной Земли.
Погребли вчера Царя распятого.
Всё, как след, растаяло в пыли.

А они надеялись на лучшее:
царский двор, спасенье от врагов;
но теперь глаза в тоске опущены;
смерти яд страшней людских оков.

Вспоминают: воскресил Он Лазаря,
весь народ осанну пел Ему,
вход Царя в престольный город праздновал,
будто знал, что Жизнь прогонит тьму.

Но прошло совсем немного времени, —
арестован был врагами Царь,
и народ «распни» кричал в забвении,
мраку злобы не было конца.

И свершилось Жизни преломление.
Тишина. Положен Царь во гроб.
День покоя? — Скорбного затмения.
Горький вкус, прилипший к глади нёб.

Сколько вас, в покое находящихся,
в день седьмой продавших мрачно жизнь?
В первый день творится настоящее:
Иисус воскрес, открыв нам высь.
Сергей Сапоненко



Воскресение

Суд, насмешки, крест и смерть публичная…
Стон земли. «Свершилось» — возглас тихий…
Это — не имеющий величия
Стал Царем и Господом великих!

Это — Тот, Кому копьем неверия
Грудь любви безжалостно пронзили.
Это Он последних сделал первыми,
А великих уподобил пыли.

На Него плевали с отвращением…
Но Христос восстал над миром тленным, —
И пред Ним с молитвой о прощении
Вся земля упала на колени!

«Божий Сын» — уста сказали сотника.
Ну, а те, кто «нет» твердят, как прежде,
Назовите миру имя плотника,
Рядом встать достойное с Воскресшим!

Он воскрес! — вы слышите, живущие?!
Что еще вам нужно для признания?
Неужели прах — в земле гниющего —
Вызывает бурю ликования?

Не идея сладкой жизни в будущем
Овладела нашими умами,
А Христос — живой, воскресший, любящий,
Принятый прозревшими сердцами!

Не ученьем раввина умершего
Мы живем и движемся веками, —
Силой сына Божьего — Воскресшего,
Корнем влиты в слово «ХРИСТИАНЕ»!
Николай Шалатовский



* * *
Казалось, этого не будет —
Позора, ужаса креста...
Нет, не дерзнут, не смогут люди
Казнить Спасителя Христа!

Его, Кто воскрешал из мёртвых,
Кто исцелял их сыновей.
Какой безумной силой стёрто
Всё это в памяти людей?!

Толпа... Она забыть успела
Чудес исполненные дни.
И приговор выносит смело:
Распни Его! Распни!! Распни!!!

Пригвождены святые руки,
Принесшие спасенья свет...
Нечеловеческие муки
Назначил Богу человек.

Убит... Остановилось сердце.
Тьма опустилась над землёй.
Всё. Гроб закрыт. Не тонкой дверцей —
Тяжёлой, каменной плитой.

Печать приложена к могиле.
И стража бодрствует в ночи,
Чтоб о Христе совсем забыли —
О том, как жил, чему учил...

Свершилась злобная расправа,
Сбылись пророчества слова,
В сердцах друзей глубокий траур...
Проходит день, проходят два.

И вот, как будто яркий луч,
Как молний блеск, что из-за туч
Вдруг рассекает свод небес,
Взметнулась весть — Воскрес! Воскрес!

Пещера мрачная пуста,
В ней нет распятого Христа.
Спешите каждому сказать:
Он жив! И с нами Он опять!

Бессильна смерть, бессилен ад.
Им не закрыть небесных врат,
Открытых жертвою Христа.
В Нём вечной жизни полнота.

Он всех зовет на вечный пир.
В Нём, только в Нём любовь и мир,
И утешение сердцам,
И свет, и радость без конца.
Галина Красненкова



* * *
Если Ты за меня не умер,
Если Ты для меня не воскрес,
Значит жизнь — торжество безумья,
И любовь не сходила с небес.

Но воскрес! Ты воскрес!
Да воскрес! Ты воскрес!
Мой Христос, Ты воскрес!

Если Ты не простил мне злое
И не встал за меня в пролом,
Значит, дверь навсегда закроет
Время смертью и вечным сном.

Но воскрес! Ты воскрес!
Да воскрес! Ты воскрес!
Мой Христос, Ты воскрес!

Но какою безмерной правдой,
Мой Христос, Ты нам дан Творцом,
Чтоб поверившим стать отрадой
И наградою, и венцом.

Но воскрес! Ты воскрес!
Да воскрес! Ты воскрес!
Мой Христос, Ты воскрес!
Любовь Бледных



Я думала, Он мертв…

Могилы мудрецов хранят их прах.
Его гроб пуст — о, Аллилуйя!
Пускай не смолкнет песня на устах,
С ней в вечность ко Христу иду я!
Я думала — Он мертв,
Вращает случай землю.
И среди тысячи миров
Бродила, мира не приемля.
И словно Магдалина, плакала,
И сомневалась, как Фома.
Средь мертвых я Его искала,
Бродила с ночи до темна.
Ломала жизнь до исступленья,
Терзала душу, рисковала…
А Он пришел и снял сомненья,
И поняла, как тосковала
О Нем несчастная душа.
Наталия Тарасова



Живой


Что ж вы ищете Живого среди мёртвых?
Там, среди могильных, темных плит,
На которых ветром полустёрты
Имена царей и даты битв?

Там, где прах, где мертвое молчанье,
Где слова сегодня не нужны,
Что же вы копаетесь в преданьях,
В летописях пыльной старины?

Что дадут дотошные раскопки
В той земле, где Он чудотворил?
Путь Его земной, такой короткий,
Пройден был тогда не для могил.

И теперь могилы не ответят
Ищущим во прахе мудрецам…
Он живой.
Его земные дети
Знают голос Сущего Отца.

Жив Христос.
И на Его могилу
Не несут бумажные цветы.
Жив Христос.
Любовь, терпенье, сила
От Его исходят полноты.

Слышите слова Его призыва?
Победивший смерть непобедим.
Жив Христос.
И будут вечно живы
Верные, идущие за Ним.
Галина Красненкова



Путь воскресения

А Истина стоит пока
В венце терновом.
Толпа же смотрит свысока,
Смеясь над Словом.

Стекает ручейками Кровь,
Не счесть ударов,
Шипы вонзаются в Любовь,
А не в Варавву.

И сребреники пальцы жгут
Иуде в храме.
Предатель завершил свой путь
Между ветвями.

Куда-то Петр спешит в слезах…
О чем он плачет? —
Пронзил его кольчугу страх
И — неудача.

В синедрионе Никодим
Весьма встревожен:
Помочь Христу? — Как он один
Крик превозможет?

И в городе звучит святом:
«Достоин казни!
Скорей на крест Его! А то —
Испортим праздник!»

И поглотила жадно твердь
Святое семя.
Трагедия, ты скажешь? — Нет! —
Путь воскресенья!
Павел Ляшенко



Победа

Крик толпы — и Варавве амнистия,
А Мессию злословят окрест.
Взгляньте люди, перед вами — Истина,
Как же можно ее на крест?!

Лжесвидетелей доводы скудные,
И потеряна в домыслах суть.
Отступило пред злом правосудие,
И расправою сделался суд.

Как злодей, Он стеснен конвоирами,
В руки врезались больно ремни.
А вокруг исступленно скандируют
Нескончаемое: «Распни!»

Но не видите, люди, падение?
От «осанны» — не длительный срок.
Не из сердца ли вашего тернии
Вырвал воин, сплетая венок?

Цель достигли вы: к месту распятия
Крест несет обездоленных Друг.
А из уст — ни хулы, ни проклятия
Перед бездной смертельных мук.

Пусть твердят фарисеи и книжники,
Что проигран Учителем бой…
Ни крестом, ни костром, ни булыжником
Смерть не в силах сразить Любовь.

Это вскоре поймут власть имущие,
Растеряв во мгновение спесь,
Когда воины, гроб стерегущие,
Огласят во дворце: «Он воскрес!»
Павел Ляшенко



Утро после воскресения

Смерть позорно от Христа бежала,
Воскресение — теснило ад;
А Мария в горести не знала,
Что несла напрасно аромат.

Шел Он к ней Великий без величья,
На руках — распятия следы.
Радость встречи краской необычной
Изменила темный фон беды.

Вскоре поспешит она с известьем
И, сметая загражденья лжи,
Возвестит, ликуя, о Воскресшем:
«Видела Его! Спаситель жив!»

С ними Он, глубокие признанья…
В тишине чуть слышно: Любишь ли?»
И сердечно-робкое: «Ты знаешь!»
Обновило праведность души.

Правды Вождь готовит их к сраженью,
Горстка выйдет против сил врага.
Их пленяет цель: освобожденье
Ждет уставший мир в плену греха.
Павел Ляшенко



Победивший смерть

Догорали светил мириады,
Скрылся месяца яркий челнок.
А в зеркальной Тивериаде
Полыхал, пробудившись, восток.

В предрассветных бледнеющих тенях
Лодка в каплях алмазной росы…
Наблюдал за ее возвращением
Незнакомец с прибрежной косы.

«Ранью сумрачной что он там ищет?» —
Любопытствовал взгляд рыбаков.
«Дети, есть ли какая пища» —
«Нет, не радует нас улов».

«Сеть закиньте свою направо!» —
И струной натянулась снасть.
«Симон! Это Господь во славе!
Не оставил Воскресший нас!»

Взмахи весел — и с Другом встреча.
А в глазах Равви — доброта.
И в беседе Его сердечной
Дух захватывает простота.

Грозной тучей прошла разлука,
И сомнений исчез туман —
Рядом Он! И Его это руки
Со следами Голгофских ран.

Облегченно вздыхает Симон,
Веры песнь позвала Фому;
Как прекрасно — Мессия с ними,
Победивший и смерть и тьму!
Павел Ляшенко



Мироносицы

Облака раскрасив перламутром,
Вброд Кедрон прозрачный перейдя,
Развернуло розовое утро
Чистый свиток будущего дня.

Слабыми холодными перстами
Утирая слезы на ходу,
По колено в утреннем тумане
Шли Марии тропкою в саду.

Шли они нерадостно и долго,
По уступам, словно по векам,
От росы тяжелые подолы
Липли обжигающе к ногам.

Шли, не ведая, что скоро вознесенье,
Что в их дни пророчество сбылось,
Что святое Божье воскресенье,
Как дитя, сквозь муки родилось.
Наталья Щеглова

 

 

ГОЛОВНА   •   ПОЕЗІЯ   •  ПРОЗА  •    РУССКАЯ ПОЭЗИЯ   •   ПОЕТИЧНА МАЙСТЕРНЯ